Теперь Сина появится в фильме «Койот против АКМЕ», который выходит в украинский прокат 1 сентября. В картине он сыграл жесткого корпоративного юриста, который защищает интересы компании ACME в судебном деле против легендарного Койота.
В эксклюзивном интервью Viva! Джон Сина рассказал, почему его заинтересовала эта роль, как он взаимодействовал с мультяшным героем на съемочной площадке и почему сочувствие к Койоту в итоге даже заставило его пустить слезу. Также актер объяснил, почему решил завершить карьеру рестлера и как кино стало для него своеобразным вторым рождением.
Джон, чем вас заинтересовала эта роль?
Во-первых, этот материал мне откликнулся потому, что меня никогда не просили сыграть юриста. Меня всегда приглашают на роли героев боевиков, ради экшена. Но этот фильм требовал от меня совершенно другого. Он требовал, чтобы я был острым, убедительным, галантным и пугающим. Это было очень интересное задание!
Ну а во-вторых — я вырос на мультфильмах Looney Tunes. И сыграть в одном фильме с Койотом, Порки Пигом и другими — это словно ты с детства болеешь бейсболом, потом сам становишься бейсболистом, а затем получаешь возможность играть вместе со своими кумирами.
И поскольку все они анимированные, никто из них не постарел, поэтому ты играешь с ними на пике их формы! Это был невероятный сценарий.
До сих пор мы воспринимали Вайли И. Койота только с одной стороны. Но в конце вы увидите, что Вайли, хоть он и мультяшный, испытывает все те эмоции, которые есть у всех нас. И лично меня это заставило пролить слезу или две…
И это делает фильм по-настоящему сильным. Как по мне, в кино каждый персонаж должен быть цельной личностью, обладать полным спектром эмоций. В этом и заключается удовольствие от рассказа историй — иметь возможность взять что-то или кого-то, кого мы воспринимаем только с одной стороны, а затем снять эту завесу, чтобы вы поняли: у них есть и другие грани.
Именно это заставляет нас чувствовать связь с персонажами и переживать за них.
Учитывая, что главный герой — койот, который просто хочет съесть птицу, откуда взялась эта фундаментальная идея о человечности?
Мы говорили об этом с режиссером Дэйвом Грином и пришли к выводу, что и для него, и для меня главной была идея о том, что мы десятилетиями смеялись над мультяшными персонажами и их болью.
Так что в определенном смысле этот фильм — наше извинение. Вайли И. Койот прошел через 80 лет страданий и уже сыт этим по горло.
Меня захватила идея отнестись к его проблеме серьезно, спросить себя: что, если все это судебное дело — не просто шутка, а исследование более глубоких тем? Что, если мы создадим настоящую эмпатию к Койоту?
Я начал спрашивать себя: «Почему людям позволено смеяться над мультяшными травмами?». Дэйва тоже захватила эта идея. Мы поняли, что наш фильм может углубиться в более масштабную тему о том, что делает человека человеком, а мультяшного героя — мультяшным героем.
Но все же, при всем уважении, Койот в реальности всего лишь рисунок, который не мог находиться рядом с вами на съемочной площадке…
Почему же — он действительно был рядом!
Как это?
У нас была кукла-дублер для Койота. Ее создал и управлял ею на площадке легендарный Дэйв Баркли, который работал с куклами самых разных персонажей — от Джаббы Хатта и Йоды в «Звездных войнах» до кролика Роджера в фильме Земекиса.
Поэтому мы, актеры, могли полноценно взаимодействовать с персонажем.
Мы привыкли видеть вас в супергеройском костюме. А здесь вы кардинально изменили образ. Как вам было в роли корпоративного юриста в дорогом костюме, застегнутом на все пуговицы?
Когда я прихожу на грим, прическу или дизайн костюмов, я просто доверяюсь процессу. И это может надеть на меня коричневый костюм и привести на «Оскар». Или же я могу стать Кеном-русалкой в «Барби», либо сниматься в «Отряде самоубийц» и «Миротворце» в белых обтягивающих трусах. Я открыт ко всему!
Мне нравится позволять людям, которые сделали это своей профессией, — костюмерам, гримерам — делать то, что они хотят.
Если я приду и скажу им, как хочу выглядеть, и перечислю все черты характера моего персонажа, это немного подрежет им крылья. А они на самом деле творческие люди, которые прекрасно знают свое дело.
Я хочу увидеть, что они предложат, потому что тогда, возможно, получу больше информации и больше идей для своей роли.
Я не говорю, что у вас не должно быть четкого видения образа своего героя. Но мне нравятся неожиданности в духе: «Вот, ты — еще один творческий разум. Придумай то, что хочешь, а я с нетерпением жду, чтобы увидеть, что ты подготовил».
Все, о чем я прошу, — чтобы то, что они придумают, было удобным.
Джон Сина объяснил, почему завершил карьеру рестлера
Джон, в конце прошлого года вы официально завершили карьеру рестлера и теперь сосредоточились на кино. Не скучаете по рингу?
Физически я чувствую себя прекрасно. И я до сих пор обожаю смотреть рестлинг. Но сам я на поединок действительно больше никогда не выйду.
Я решил закончить, когда начал чувствовать, что замедляюсь. И объективные данные тоже показывали снижение результатов. Я силовой атлет, поэтому постоянно проверяю максимальный результат на одно повторение. Проверяю вертикальный прыжок и еще множество показателей.
Когда эти цифры начинают падать, ты сначала смотришь на это так: «Хорошо, почему? Я полноценно отдыхаю. Я тренируюсь по регулярному графику. Я не питаюсь как попало. Я пью достаточно воды. Потребление кофеина контролируется. Я делаю все так, как раньше. Я должен быть сильным».
А потом смотришь на свой возраст и думаешь: «О боже…».
Я начал замечать первые признаки завершения карьеры, когда мне было 45 лет (сейчас актеру 49, — ред.). Я понимал, что мог бы постараться и остаться дольше, но за это пришлось бы заплатить слишком высокую цену.
Но кино очень вовремя открыло вам новый путь…
Да, и я очень этому рад! Умение рассказывать истории дало мне столько возможностей в жизни. Это позволило мне получить второе рождение на киноэкране и на телевидении.
Фото: пресс-служба Adastra Cinema
